Кожаринов описывает кризис перехода образования от модели ЗУНов к развитию мышления, компетенций и ресурсного состояния. Главная проблема — «заколдованный круг»: новые образовательные результаты требуют новых метрик, но контрольные органы продолжают проверять по старым критериям, потому что новых метрик ещё нет. Выход он видит в исследовательской позиции вузов и инициативе авангардных групп, которые начнут разрабатывать новые практики, методики и формы образования.
В прошлые разы мы рассуждали о том, как трансформируется образовательная система, и видели, что она меняется в содержательном плане: например, отходит от концепции «знания, умения, навыки», и в фокусе её внимания оказывается совершенно другой содержательный контент — компетенции, мышление, ресурсное состояние и так далее.
Кроме содержания меняются и формы, и форматы, в которых образование находится и должно находиться. У нас появляются различные форматы индивидуальной образовательной траектории, которые, заметим, тоже требуют своего набора компетенций, связанных с самодисциплиной, волей и прочими вещами. Появляется формат непрерывного образования, форматы широкополосного образования.
Кроме новых форм, в которых появляется образование, меняется и вообще всё структурное построение образования. Мы говорили о том, как зарождаются и появляются всякие образовательные экосистемы, как внутри этих экосистем появляются новые роли и так далее.
Таким образом, изменений масса. И это понятно, потому что одну систему должна заменить другая система. В любом случае любая система состоит из многих элементов, которые связаны между собой. И новая экосистема, соответственно, тоже порождает массу разных элементов, которые должны быть взаимосвязаны между собой.
Поэтому с этой трансформацией у нас идёт туго. Она кругом да рядом не идёт, потому что появление отдельных элементов не решает проблемы: отдельный элемент не может вписаться в старую систему, он не может простроить взаимосвязи со старыми элементами, которые взаимодействуют совсем в другой парадигме. А новых элементов кругом да рядом не хватает. Поэтому даже наработки отвергаются и в конечном итоге не приживаются.
Мы видим эту системную проблему, о которой идёт речь. Она уже не раз поднималась на различных образовательных форумах. На одном из таких образовательных форумов, куда приехали представители проректоров, акторов разных вузов и представители Рособрнадзора, был такой диспут. Я немного про него расскажу.
Собрались эти акторы, проректоры и говорят представителям наших контрольных органов: «Мы здесь обсуждаем всякие новые образовательные тренды. О чём идёт речь? О том, что мы должны развивать мышление, и нам надо сфокусировать внимание именно на этом. А вы, контрольные органы, постоянно проверяете нас совсем по другой методике — по методике ЗУНов: знаний, умений, навыков. И требуете с нас именно это. Поскольку вы нас требуете и нашу эффективность оцениваете в зависимости от этой эффективности, вы даёте нам деньги. За что нам дают деньги? Вы нам даёте за ЗУНы. Мы ЗУНами и занимаемся, а мышлением этим вообще не занимаемся. Поэтому давайте вы как-то поменяете свою контрольную позицию».
На что контрольные органы говорят: «Хорошо, мы не против даже это поменять. А у вас есть методики, которые вы наработали?»
Им отвечают, а контрольные органы говорят: «Когда наработаете эти метрики, когда они у вас будут, тогда и поговорим. А пока как мы вас можем проверять, если у вас метрик нет? Значит, будем проверять по старому».
И тут мы попадаем в заколдованный круг. Получается, что новые метрики не разрабатываются, потому что требуют ЗУНы. А требуют только ЗУНы, а не мышление, не измерение каких-то компетенций, необходимых для нужного социотипа, потому что просто нет метрик, по которым их мерить. А метрики не разрабатываются дальше потому, что их не требуют.
Мы попали в такой замкнутый круг. И вот в этой вузовской среде мы начинаем обсуждать: что же нам делать, как нам выпрыгнуть из этого замкнутого круга, как его разбить, где его разрезать?
В принципе, в этом и суть. Для того чтобы перейти к другой образовательной системе, надо наработать много разных элементов, которые бы сложились между собой. А в системе государственного образования, государственного финансирования, где финансирование идёт по чётко выделенным Рособрнадзором метрикам, этого не происходит.
Единственный выход — если вузы вспомнят о том, что они должны занимать исследовательскую позицию, кроме образовательной, и откроют свои исследовательские лаборатории по новым направлениям: как развивать мышление, как развивать ресурсное состояние, как вырабатывать компетенции, которые пока непонятно как вырабатывать. Например, самодисциплину, необходимую для онлайна, и так далее.
Есть разные темы: как простраивать новую ритмику образования, как вписывать проектную систему, как строить междисциплинарность. Сейчас таких тем много. Но каждая из этих тем новая, и, по сути, она требует определённой лабораторной деятельности.
И здесь мы приходим к понятию авангардного образовательного направления. Вообще авангард есть в любой деятельности. Есть авангардные образовательные направления и неавангардные. Неавангардные — это те, которые даны в образовательную систему, они уже нормированы. Это норма. Норма — это не авангард. Авангард — это то, в чём пока разбираются, и до институционализации, нормирования дело пока не дошло. В этом только разбираются, только нарабатывают элементы.
Без открытия, без появления различного рода энтузиастов, которые возьмут на себя авангардное направление, этот замкнутый круг не разорвать. Кто-то должен взять на себя эту миссию: разбираться в этой теме, или в этой теме, или в этой теме, искать соответствующие методологические решения и прочие вещи.
Обычно, когда я такое говорю, люди сначала чувствуют недоумение и говорят: «Мы простые учителя, простые преподаватели. Мы не какие-то большие научные деятели». Люди часто комплексуют и стесняются, что не имеют достаточных знаний для того, чтобы всё это начать делать.
Я хочу вас приободрить на эту тему: не комплексуйте. Авангардное направление — это то, чем ещё не занимались. Поэтому все, кто идут в авангардные направления, в основном дилетанты. И в этом смысле все на равных. Никто в этой деятельности толком ничего не понимает, поэтому она, собственно, и авангардная, а не нормированная.
Поэтому там очень быстро можно набрать свой уровень — уровень знаний, компетенций и так далее. Вы просто входите, начинаете этим заниматься: изучаете те же ресурсные состояния, мышление, как строить проектную систему, как простраивать систему навигаторов, — и у вас быстро нарабатывается какой-то опыт.
Если у вас есть хоть чуть-чуть способность к аналитике, если вы способны проанализировать свой опыт и как-то его формализовать в виде статьи, доклада или ещё чего-то, то вы начинаете это публиковать: одну, две, три, четыре публикации, делаете ролики, выступления на эту тему — как я сейчас делаю.
И вдруг вы обнаружите, что очень быстро набираете экспертную позицию, что вас в этой среде — небольшой среде тех, кто занимается этой темой, — уже уважают. В том числе и в международном плане. Потому что проблемы, о которых я говорю, касаются не только российского образования, но и в целом мирового образования. Все там крутятся в одних и тех же трёх соснах, условно говоря.
Вдруг выясняется, что вы на равных можете говорить на международных конференциях. Поэтому вы очень быстро можете пройти путь от людей, которые никому неизвестны, сидят где-то у себя в своей норе и что-то делают, к активным участникам международных дискуссий. Просто не надо...
Бояться не надо. Не надо бояться авангардных направлений.
Я советую вам изучить для себя, какие сейчас существуют авангардные направления, выбрать какое-нибудь и смело туда нырять. И всё получится, я уверен.
Дерзайте.