Про "Марксизм: от аутентичности к новым горизонтам развития"

Источник: livejournal

Ознакомился с книгой Вячеслава Волкова "Марксизм: от аутентичности к новым горизонтам развития".

Книга вышла разноплановая. Тут и уточнение значения некоторых положений в работах Маркса по оригинальному тексту, например, классический вопрос о выборе между "ценностью" и "стоимостью", о деление на три формации вместо пятичленки, и даже уточнение понятий в переводе "Критики Готской Программы". И восстановление понятий о соотношении социальной и политической революций. И анализ состояния русской деревни накануне революции. Вошла в книгу и "Марксистская анатомия Октября", которую я постил чуть раньше, где сделан вывод о том, что СССР решал вопрос не столько запуска социалистической, сколько завершения буржуазной революции в связи с тем состоянием крестьянства, с которым был встречен 20-й век...

Все эти вопросы мне близки, хотя не везде мои ответы совпадают с ответами, найденными Вячеславом и его соавторами. Я критиковал такое отношение к "Критике Готской Программы", которое выходит за рамки рассмотрения ее как опровержения попыток Лассаля вывести социализм из вопросов распределения или некорректное понимание трудовых квитанций, когда за ними пытаются сохранить роль инструмента для распределения труда. Я писал о социалистической форме индустриальной модернизации в периферийной стране, но не признаю достаточных оснований считать советский проект госкапитализмом. И я тоже обращаюсь к исходному представлению Маркса о сущностном содержании социальной коммунистической революции, которое нельзя усвоить вне анализа его гуманистического базиса из Экономическо-философских рукописей или т.н. отрывка "о машинах" из Grundrisse.

Нашлось место в его работе и проектной части — обновленным представлениям об условиях будущего коммунизма. Здесь автор стоит на позициях, которые близки к моим на момент написания этой заметки — о том, что базисом для коммунизма необходимо будет возвращение человеку контроля над условиями и средствами собственного воспроизводства, экономического и социального, а значит — развитие средств автономного, локального производства, что позволит образовывать сообщества адекватных социальным возможностям человека размеров. А значит, уже сейчас можно и нужно развивать ограниченный опыт организации таких отношений в рамках кооперативной деятельности и коммун.

Однако негативное отношение автора к процессам цифровизации помешало ему пройти дальше, за рамки ожидания "универсальных фабрикаторов". Без установления закономерности развития производительных сил и социальных агентов, заинтересованных в трансформации надстройки, такое будущее просто повисает в воздухе, а сами "фабрикаторы" представляются не более чем случайным побочным следствием развития технологий.

А ведь автор правильно приводит именно ту часть из "Манифеста", которая фокусируется на исторической задаче капитализма по снесению социальных и культурных барьеров на пути развития глобальной системы общественного производства, нуждающейся в переводе всех сообществ на единую платформу торговли и конкуренции, чтобы довести разделение труда до своего предела — планетарного уровня.

Только из этой тенденции можно увидеть все последствия: и циклическое перенакопление капитала, и порядковое усложнение производственных процессов и отношений, и сращение коммуникационных разрывов в единое информационное поле.

Тогда становятся понятны и пределы, в которые упирается капитализм. Они лежат не в границах рынков, как представлялось Люксембург, и не в тенденции к монополизации, как считал Ленин. Они находятся в способности справляться с порожденной сложностью. Именно из нее рождается информационная революция, развитие систем обработки информации и итоге — достижение нейросетями той зрелости, которая позволяет опредметить когнитивную деятельность и компетенции человечества во внешних инструментах так же, как когда-то промышленная революция опредметила его физическую силу в машинах.

И тогда, глядя на эту задачу не как на тупиковое ответвление или ошибку, а как на центральную веху на пути развития сущностного противоречия товарного производства, можно увидеть зарождение и всех остальных частей социальной революции: и появление свободного производства как передового прото-коммунистического уклада именно в области производства средств обработки информации (opensource-сообществ), и образование слоя людей, занимающихся производством именно в рамках этого уклада, а значит — обладающих собственным классовым интересом (хотя еще и не сознанием).

Капитализм, уничтожив барьеры, проложил магистраль для информационного объединения, для быстрого победного шествия технологий и для потенциального вовлечения во всеобщий труд всего населения планеты. Он же создал и средства для высвобождения людей из системы разделения труда, а значит и из оков наемного труда — нейросетевых агентов и робототехнику.

Но вместе с этим он сам создал основания для уничтожения товарного производства — лишая людей возможности продавать свою рабочую силу, он неминуемо толкнет их к решению задач по самообеспечению, и тем самым создаст не спорадический, а закономерный и массовый спрос на технологии локального производства, что подтолкнет их бурное развитие. И уже это приведет к тому, что они лягут в основу экономической эмансипации и формирования нового способа производства, базирующегося на отношениях свободного производства, просьюмерства и добровольной равноправной кооперации.