Консенсус от технократов России
Источник: livejournal
Посмотрите, какой чудный документ под названием "Консенсус о роботизации и будущем России" отгрохало наше технократическое крыло!
Из "социалистического" в нем уничтожение классового разделения и наемного труда.
Из "либертарианского" — снятие ограничений на частную разработку, всеобщее право на самооборону и самоуправление.
Из "традиционального" — суверенитет, конкуренция религий, философий и культур, деурбанизация, общественный порядок, здоровая семья и многодетность.
Из "социал-шовинистического" — депортация "вредного балласта" мигрантов, империя нового типа, победа в мировой войне.
Из "технократического" — самовоспроизводяшиеся робофабрики и робофермы, автономное самообеспечение, общедоступность творчества, вовлечение всех в НИОКР, космическая экспансия.
Из "либерального" — неприкосновенность личности, ликвидация коррупции, локальное самоуправление.
Причем все это заявлено как практическая программа действий, к которой предлагается присоединиться! Даже место всем, как видите найдется, по душе: хотите — гоняйте приезжих, хотите — ведите частное производство, хотите — придумывайте оружие для убийства недругов, хотите — стройте робофабрики и побеждайте коррупцию. Даже новояз начал формироваться — мы не будем никого грабить, мы просто включим в себя интересные нам интеллектуальные или ресурсные мощности.
Сильно ждать "радикального повышения рождаемости" в условиях проживания в автономных боевых ячейках и подземной логистики я бы не стал. Как, впрочем, и достижения решающего военного превосходства, надеясь на обмен в НИОКР одновременно с выставлением претензий и требованием компенсаций перед Россией за преступления "с давних времен".
Выстроить критику можно на разных противоречиях или главных умолчаниях этого документа, таких, как вопросы собственности и доступности всей чудной роботизированной инфраструктуры.
Но я хочу обратиться только к одному — к вопросу международных отношений.
Будущее будет характеризоваться двумя разнонаправленными тенденциями: глобализацией и локализацией. Размер и сложность производительных сил общества давно вывалились за рамки национальных пределов. Сегодня государственные границы представляют собой атавизм территориальных юрисдикций, сформированных в период буржуазного становления наций. Их роль разрывается между огораживанием суверенного тыла для национальной буржуазии и поддержанием конкуренции регуляторных систем для транснациональных корпораций ради минимизации их налогового, экологического и социального бремени.
Отношения будущего — это не вопрос поиска формулы для взаимодействия "многополярного мира" — то, что даже тут авторы не смогли уклониться от конструкта нового империализма и мировой войны, говорит о том, что любой "мир" будет лишь более или менее явной формой войны, бесконечного процесса по переделу зон влияния.
Настоящий вопрос отношений будущего — это вопрос выхода из ловушки суверенитета, творческого разрушения территориально-частного (а государственное в условиях мировой экономики — это частное) в пользу создания социально-всеобщего. Это построение социального диалога для мира без границ, со свободой перемещения, где повышение возможностей по локальному самообеспечению не служит изоляции, а становится инфраструктурой для более плотной интеграции людей на почве безбарьерной мобильности, разрывая зависимость уровня жизни и благосостояния от места рождения, позволяя коллективам и сообществам образовываться в мировом масштабе как виртуально, так и материально, путем свободного выбора места проживания на равных с другими людьми основаниями.
И это, конечно, вопрос выработки норм общежития на общей планете — с коллективным влиянием на экологию, расходованием ограниченных воспоризводимых и невоспроизводимых ресурсов, освоением общих космических пространств, реализацией инклюзивных культурных норм, преодолением шовинизма, расизма и других форм социальной дискриминации и угнетения, и даже создания всеобщих экономических институтов, гарантирующих каждому равный доступ к мировым производительным силам.
Мир будущего — это мир, при котором мы уже не можем отгородиться друг от друга заборами и надеяться на локальную автономию. Планета становится тесна человечеству, и мы неминуемо будем толкать друг друга локтями. Нам не удастся нарезать космическое пространство, как мы когда-то нарезали океан на частные владения, почивать на ренте от найденных природных ресурсов, или просто сплавлять мусор на другую сторону шарика, наплевав на последствия.
Мы видим последнюю агонию частного мира, самый темный час перед рассветом — попытки нарезать интернет на территориальные зоны, запереть умы, законсервировать выгодные власти культурные конструкты, отвоевать себе ресурсные концессии или поставить под контроль торговые потоки. По этим действиям мы судим о том, что на самом деле пугает бенефициаров капитализма, что угрожает уходящему империалистическому устройству — это наступающая всеобщность, глобальность, взаимосвязанность, прозрачность, единство в разнообразии, которые капитализм создал вместе с рынком и интернетом, и которые нам позволят пережить его смерть и продолжить развитие в рамках новой, всеобщей истории, с открытым билетом в будущее.
Поэтому консервативное начало в данным консенсусе не просто непротиворечиво — оно неактуально, нереализуемо, а потому ничего кроме дальнейшего раздувания пожара мировой войны не реконструирует.
