Передовой класс 2

Источник: livejournal

Начало тут

На это нам отвечают.

1. Есть ленинское определение классов и нечего тут…. Кто владеет средствами производства те буржуи, а кто работает за зарплату – те пролетарии. В современном обществе, абсолютное большинство является всё тем же пролетариатом, то есть людьми, которые получают средства к существованию за счёт продажи своего труда. Нет принципиальной разницы, продаёт человек физический труд или интеллектуальный, трудится он грузчиком или шофером, продавцом или слесарем… Если он не является собственником средств производства и продаёт свой труд, или результаты своего труда, государству ли, отдельно взятому капиталисту-собственнику — он пролетарий. Поэтому, никакого нового класса искать и выдумывать нет абсолютно никакого смысла.

Хочу срезу заметить, что сам Маркс определения классам не дал, используя это понятие в разных контекстах и смыслах. Более того, его главный труд, «Капитал»», написание которого оборвалось со смертью мыслителя, как раз и оканчивается на главе «Классы» очень скоро после слов “Ближайший вопрос, на который мы должны ответить, таков: что образует класс...?”. Что то в этом есть роковое, не правда ли?

Как правило, сейчас ортодоксальным является Ленинское определение классов, где «Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают». Более того, там где Ленин аккуратен, и ставит отношение к собственности на средства производства лишь на второе место, и, не абсолютизируя законодательное оформление этой собственности, пользуется эпитетом «большей частью», современные деятели однозначно утверждают – отношение к собственности (юридическое), единственный и абсолютный критерий класса. А зря. Ну да о классах продолжим несколько позже и вот почему.

В первой части мы говорили о том, что труд утрачивает частный характер, и в определенных сферах деятельности преодолевалось разделение труда – того самого, материального и духовного. Но именно вот это разделение труда находит свое социальное выражение в классовом делении общества. Таким образом, социальные коллективы, уделом которых сделались зачатки свободного труда и в деятельности которых преодолевается общественное разделение труда классом по сути уже не являются. Они есть ядро, зародыш бесклассового общества. Соответственно требовать от них формальных признаков класса, таких как отношение к собственности – нелепо. Какая собственность, если конкретная форма частной собственности есть лишь выражение определенного уровня разделения труда и ничто иное. Там где разделение труда преодолевается, там исчезает понятие частной собственности, как таковое. Именно поэтому я определял их как особый «не-класс». Ибо называть их классом можно только весьма условно, с точки зрения некоторых аспектов их существования в еще классовом обществе.

Кстати хотелось бы заметить еще один момент.

«Нет принципиальной разницы, продаёт человек физический труд или интеллектуальный, трудится он грузчиком или шофером, продавцом или слесарем…» пишет наш уважаемый lenin_kerrigan. И тут он глубоко заблуждается. Разница есть и она принципиальная. Дело в том, что свою способность у труду в капиталистическом смысле может продавать только рабочий (грузчик, шофер и т.д.) – в общем только тот, чей труд может быть сведен к абстрактному труду (пускай это и проявляется только в процессе обмена). Этот труд прямо связан с рабочим временем и способностью в течение определенного рабочего времени порождать вполне определённую стоимость.

Продавать же способность к интеллектуальному труду нельзя. Ну, купил буржуй 100 часов способность к труду ученого и что толку? Есть ли конкретная и просчитываемая стоимость, которую породят эти 100 часов. Или в одном случае это будет 0,0, а в другом, бесконечность. На самом деле капитал в состоянии присваивать исключительно продукты интеллектуального труда. Процесс же их производства для капитала загадка.

Капитал может только дать ресурсы, (купить нудное оборудование и предоставить его ученому) и тупо ждать в надежде, что что то получится. Но так он не действует, потому что прагматичен. В истории до XX века капитал покупал уже готовое, созданное энтузиастами на свои деньги, а во второй половине XX осваивал то, что было создано на государственные деньги по принципу «не важно, сколько это стоит – только сделайте) [на этот счет читайте серию]. Так появились и компьютеры, и космос и интернет. Когда же капитал начинает своими грязными лапами лезть в процесс производства знания, он только гадит и тормозит все, до чего дотягивается.

Именно поэтому подходить к вопросу так, как подходит lenin_kerrigan нельзя. Рабочий является наемным работником, получающим заработную плату в экономическом смысле. А вот тот же ученый нет. Он получает не заработную плату, а жалование… ну, например, так же как военный. В свое время Чаянов написал «Экономическая теория современного капиталистического общества представляет собой сложную систему неразрывно связанных между собой категорий (цена, капитал, заработная плата, процент на капитал, земельная рента), которые взаимно детерминируются и находятся в функциональной зависимости друг от друга. И если какое-либо звено из этой системы выпадает, то рушится все здание, ибо в отсутствие хотя бы одной из таких экономических категорий все прочие теряют присущие им смысл и содержание и не поддаются более даже количественному определению». Так вот заработная плата рабочему, это часть этой системы категорий, а жалование ученому – нет.

Капиталистическое общество таки содержит ученых, но только потому, что заметило, что без них не обойтись – и чем дальше, тем больше. Но использует оно их как некие непонятные артефакты из другого мира или другого времени. Вот отечественное нувориши так и не успели заметить это и выкинули советскую науку на свалку. Только когда ужесточение конкуренции буржуазии разных стран в момент обострения общего кризиса капитализма подпалило им задницу, они вспомнили, что можно что то дать ученым и возможно из этого черного ящика что то спасительное получится достать.

Итак, я назвал две причины, по которым нельзя людей, занятых в производстве знания определять как пролетариат. Во-первых потому, что эти люди не получают и никогда не получали заработной платы в строгом, экономическом смысле этой экономической категории – а именно продажа своей способности к труду и получение заработной платы определяет пролетариат. А во вторых потому, что примерно во второй половине XX века начинают появляться социальные коллективы, в основе деятельности которых лежит и не продажа своей способности к труду, и не капиталистическая деятельность, и даже не деятельность в форме вышеописанных «странных артефактов», существующих на жаловании у буржуазного общества. С того момента как наука сделалась непосредственной производительной силой и в той степени, в которой сделалась, явился новый, свободный труд, реализующийся как снятие противоположности между материальным и духовным трудом.

Выглядят представители этих социальных групп по разному, иногда как рабочие, получающие заработную плату, а иногда как мелкие буржуи (не использующие найм рабочий силы), но, по сути, они ни то и ни другое. И самое главное, институт частной собственности не то, что бы враждебен, но попросту не нужен им, не имеет для них смысла.

Продолжение следует