Первая попытка погружения в понятие когнитариата

Источник: vk · livejournal

Первая попытка погружения в понятие когнитариата

Я обещал вернуться к понятию когнитарата и попытаться раскрыть, что же он из себя представляет как в развитии, так и в текущем воплощении.

Disclaimer: пока я не прочитал Корякина (Труд и единый закономерный исторический процесс), не дочитал литературу по прекариату, не перечитывал Смирнова и вообще не загрузился в тему, хочется немного порассуждать о содержании этого понятия, как говорится, на относительно чистую голову. Это помогает потом почувствовать собственное изменение позиции, а также облегчает восприятие материала, когда собственные мысли записаны и потому сколько-то оформлены.

Начну с того, на чем закончил прошлый раз. В прошлой статье я набросал основные контуры изменения содержательной стороны труда, которая выражалась в развитии способа деятельности производящего класса общества. Труд крестьянина преимущественно связан с обработкой земли, он производит продукт натурального хозяйства, который сам и потребляет — а излишек которого, определяемый естественным образом, отчуждается через принудительное изъятие — отработкой, оброком или грабежом — или торговлю. Труд пролетария преимущественно связан с машинным производством, с помощью которого он производит товары, которые сам напрямую не потребляет — и потому для него способ отчуждения оказывается скрыт, хотя рынки обеспечивают, чтобы его вознаграждение соответствовало уровню воспроизводства рабочей силы, соизмеряя между собой производимые и потребляемые им товары по необходимому для их производства абстрактному труду — стоимости.

Труд когнитария преимущественно связан с обработкой информации (даже если он выполняется в составе материального производства), осуществляется при помощи его когнитивного аппарата, инструментально усиленного как способностями, навыками и знаниями, так и всеми материальными средствами, составляющими экзокортекс человечества — от бумаги с ручкой и интернета до квантового суперкомпьютера. Результат его труда, имеющий нематериальную природу (даже на материальном носителе) обычно имеет слабо предсказуемый (как управленческое решение в условиях неопределенности) или вообще неограниченный (как фундаментальное изобретение) эффект. Это вносит сумятицу в капиталистические механизмы отчуждения прибавочной стоимости, порождая огромное разнообразие в системах вознаграждения, начиная от оплаты по остаточному принципу, "средней зарплатой по региону" или фиксированным окладом и большим соцпакетом при гибком графике, где оценить результат вообще нельзя, до жестких систем KPI в менеджменте или опционов для ключевых сотрудников, дающих им участие в прибыли, где требуется привязать частную мотивацию к общему результату работы всей системы.

Как внутреннее развитие труда связано с этим процессом?

Развитие общества связано с развитием труда, с рождением одних его форм и отмиранием других. В свой исходной точке любая деятельность человека составляет единое целое, непрерывное бытие по собственному биологическому и социальному воспроизводству. В животном состоянии это бытие не разделено, но инструментальный труд заставляет человеческое общество опредметить свою деятельность, а в месте с ней и собственные потребности. Это разделяет жизнь человека на труд — затрачиваемый на производство предметов потребления — и досуг — деятельность по их потреблению (да, тов. Сахонько, эта деятельность тоже является формой труда во всей его полноте, но пока мы от этого отвлечемся). При этом общественный характер человеческого труда воплощается в его индивидуальной стороне, то есть направленности на удовлетворение собственных потребностей индивида, и его общественной стороне, воплощенной в совместной форме труда, в которой люди объединяют свои усилия путем кооперации.

Совместный труд общества приобретает одновременно характер частичного (так как каждый индивид выполняет только часть этого труда), и всеобщего (так как сочетание усилий отдельных людей превращает их в единую производительную силу). Эта двойственность природы труда получает воплощение в классовом разделении общества, при котором продукт, производимый частичным трудом одной части общества, присваивается его другой частью в интересах всего общества как единой производительной силы. Вместе с этой задачей господствующий класс принимает на себя и духовное производство общества, становясь воплощением всеобщего труда в его ранней, неразвитой форме.

"Разделение труда становится действительным разделением лишь с того момента, когда появляется разделение материального и духовного труда."

Таким образом, частичный характер труда становится причиной специализации, формирования отдельных обособленных родов и видов деятельности. Работа разделяется на части, и чем меньше и проще часть, тем, с одной стороны, меньше требований к ее исполнителю, то есть тем меньшую роль играет, кто конкретно ее исполняет — труд становится простым, а с точки зрения общественного производства — абстрактной затратой человеческих сил вообще, отвлеченно от содержательной части труда.

С другой же стороны, чем меньше часть, тем большей искусности может достичь в ее исполнении человек, так как все его способности могут быть сконцентрированы внутри узкого отрезка деятельности — в этом рождается сложный труд, требующий максимального приспособления человека к выполняемой задаче. Сам человек становится орудием труда, приспосабливаемым к производственным задачам — универсальная природа человека приносится в жертву более полному производственному использованию его биологической "мощности", его когнитивных и физиологических способностей. Такой труд нельзя рассматривать отвлеченно от его конкретного содержания, так как не всякий "человеко-инструмент" можно применить ко всякой сложной деятельности, а в пределе на каждом максимально узком участке наиболее эффективно применение только конкретного человека, освоившего этот труд во всей его конкретной сложности.

Но что делает эффективным сложный труд, зачем требуется максимальное задействование когнитивных способностей? Почему нельзя весь труд разбить на элементарные действия раз и навсегда?

"Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что, прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове. В конце процесса труда получается результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т.е. идеально. Человек не только изменяет форму того, что дано природой; в том, что дано природой, он осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель, которая как закон определяет способ и характер его действий и которой он должен подчинять свою волю."

Любая трудовая содержит идеальную составляющую, требующую воображения образа создаваемого продукта, его идеальной модели — прежде всего для того, чтобы на ее основе принимать решения, совершать выбор, что с точки зрения кибернетики тождественно задаче создания информации. Соответственно, сложная деятельность дополняет простую там, где необходимо справляться с неопределенностью, вызовами, а также создавать новое, служащее развитию. Труд одновременно имеет и творческое начало, порождающее решения — и исполнительное, рутинное, заключающееся в том, чтобы действовать согласно принятым решениям, не тратя время на их выработку. В труде специалиста эти части приходят в единство: освоение деятельности состоит в большом накопленном опыте, арсенале готовых навыков и умений, то есть ранее выработанных решений, на принятие которых ему не приходится тратить время и силы — и это одновременно высвобождает его когнитивные возможности для выработки новых решений, для творчества, если, конечно, он будет вооружен более широким набором знаний и более полным пониманием той производственной деятельности, в которую он вовлечен.

Но и сама творческая деятельность неоднородна: например, в ее состав входит принятие уникальных, разовых решений, которые необходимы в рамках случайно сложившейся ситуации. Такое творчество сродни езды на велосипеде по неровной местности — тебе надо тратить усилия на принятие решения о выборе конкретного маршрута, но после прохождения этого маршрута принятые ранее решения уже не имеют значения; они никак не влияют на те решения, которые надо будет принимать в дальнейшем.

Но не вся творческая деятельность такова! Некоторые из решений относятся не к единичным, уникальным, стохастичным элементам процесса, а к закономерным и повторяемым. Эти решения на самом деле вскрывают закономерности, то есть производят такое новое знание, которое не отбрасывается, а накапливается в общей сокровищнице человечества (если в нее попадает, конечно), составляя по своей природе часть процесса развития всей производительной силы общества.

В отличие от материальных продуктов труда, которые неизбежно изнашиваются, то есть уничтожаются в потреблении — и потому постоянно требуют повторного воспроизводства, и продуктов умственного труда в рамках решения проблем, вызванных уникальным разнообразием, случайным "шумом" бытия, а потому требующих постоянного повторения этого же труда, эта часть деятельности порождает нематериальный продукт, потраченный труд на производство которого никогда не теряется и не требует воспроизводства: одни идеи ложатся в основу других идей; одни культурные произведения дают пищу другим произведениям; созданные системы эволюционируют в другие системы... Продукт этого труда вообще не имеет определенной стоимости, так как не существует определенного общественно-полезного времени, необходимого для его производства: будучи произведен единожды, он уже никогда не потребует повторения, так что такое время равно нулю. Второй "Черный квадрат" настолько же бессмысленен для человечества, как и повторное открытие закона всемирного тяготения.

Именно эта, творческая сторона сложного труда, связанная с производством накапливаемого знания, с познанием вселенной в самом широком смысле, воплощает истинно всеобщую природу труда вообще.

"…следует различать всеобщий труд и совместный труд. Тот и другой играют в процессе производства свою роль, каждый из них переходит в другой, но между ними существует также и различие. Всеобщим трудом является всякий научный труд, всякое открытие, всякое изобретение".

Этапы разворачивания труда в процессе развития общества воплощают его разные стороны в самостоятельных общественных формах. Как в фабричном пролетариате была воплощена абстрактная сторона общественного труда, так и когнитариат (в его предельной, развитой форме) является воплощением всеобщей стороны общественного труда, потерявшего классовое выражение в процессе преодоления своей изначальной неразвитости.

А в чем состоит это преодоление неразвитости? Для этого необходимо заглянуть во внутреннюю структуру труда и ее преобразование.

Условно для человека общественного сам человек является инструментом своего труда (преобразования природы), и труд его двойственен: имеет физическую и умственную природу. Физическая природа состоит из приложения усилий в сочетании с выполнением пространственных манипуляций с материальными объектами. Умственная состоит в целеполагании, понимании, принятии решений, сопоставления с задуманным своих действий, общении с другими участниками труда. В индивидуальном труде эти вещи неразрывны; в совместном же они разделяются и дополняются коммуникационной компонентой.

В рабовладельческом обществе раб становится общественным инструментом всего физического труда в самой примитивной форме, умственный же труд осуществляют хозяева.

По мере развития общества значительная часть человеческих усилий в трудовом процессе замещается тягловой силой скота. В то же время повышение производительности позволяет создать эффективное натуральное хозяйство, в котором крестьяне в общине или отдельном хозяйстве сами общаются, контролируют свой труд и планирует свою деятельность, освобождая господствующие классы от части умственного труда — и этим включают в общественный производственный процесс вдобавок к физическим свои умственные способности. Однако воля крестьянина остается подчинена знати; знать же как имущий класс осуществляет и духовное производство за все общество.

В развитом капиталистическом обществе машины начинают забирать все больше физической составляющей труда. Углубление разделения труда приводит к появлению особых профессий, связанных с планированием и контролем, с управлением производственных процессов, а в области духовного производства — с воспроизводством культуры и идеологии. Лишь сохраняющаяся за буржуазией и рантье собственность на средства производства делает их носителями функции целеполагания в общественном производственном процессе.

В нашем постиндустриальном обществе рабочие постепенно продолжают уступать физический труд автоматам, умственные задачи измерения, контроля, коммуникации — компьютерам и телекоммуникационным системам. Пролетариат разлагается на прекариат, который выполняет элементарный коммодитизированный труд, требующей ограниченной кооперации без особых знаний или навыков, и на "креативный класс", выполняющий сложный, преимущество интеллектуальный труд "белых воротничков", специалистов и менеджеров, которые начинают вторгаться в вопросы целеполагания, забирая на себя также и управление капиталом — но все еще преимущественно в интересах капиталистов.

Однако в ближайшем будущем нас ждет более масштабное вытеснение труда за счет роботизации в составе киберфизических систем, интегрированных с нейросетями, способными забрать на себя огромный объем интеллектуального труда в области распознавания, принятия решений и даже творчества.

Таким образом, процесс общественного развития в отношении содержания труда заключается в непрерывном преодолении дефицита производительных сил в труде, в силах и времени человека, являющихся окончательными и абсолютными ценностями. Происходит постепенное замещение потребности в функциях человека как инструмента производства вещами, источником которых выступает природа: человеческая энергия заменяется животной, паровой, электрической; человеческие манипуляции заменяются работой станков, машин, автоматов, роботов; умственный труд заменяется автоматическими регуляторами, компьютерами, искусственными нейросетями. Иными словами, человек получает все более и более совершенные инструменты, выступающие продолжением его собственного тела и разума и повышающими итоговую производительность каждого индивида, а значит и всего общества целиком.

Однако задачи целеполагания, осмысления и понимания останутся за человеком, так как они находятся на стыке идеального и материального миров, представляя собой "шлюз", в котором осуществляются опредмечивание и распредмечивание идей — эту работу может выполнить только тот, кто обладает живым человеческим опытом, то есть является полноценным участником социальной общественной жизни — то есть человек. Вот этот труд и представляет собой настоящий труд когнитариата — содержательно.

Но помимо внутренней структуры труда есть и внешняя структура — на производство чего этот труд направлен.

Исходной точкой является труд, предметом которого является преобразование природы — производственный процесс по защите и воспроизводство человека. Но общественный характер труда означает необходимость в труде, предметом которого является защита и воспроизводство самого общества. Наконец, классовое разделение общества порождает необходимость в труде, направленном на защиту и воспроизводство конкретных производственных отношений.

Конечно, и с природой, и с обществом, и с отношениями приходится взаимодействовать на обоих уровнях — и материальном, и духовном.

Однако такое деление позволяет нам сделать вывод о том, какая деятельность является производительной в универсальном смысле, а какая — только в условном, то есть выступает полезной только для целей поддерживания конкретного способа производства. Например, научная деятельность в той или иной форме, хотя относится к духовному производству, является частью любого общественного производственного процесса по преобразованию природы. Аналогично в обществе всегда будет потребность в охране правопорядка или искусстве, пусть даже эти функции будут распределены равномерно по всему обществу, а не закреплены за выделенными группами.

Работа же надсмотрщика будет характерна только для рабовладельческого общества, а патентного юриста или рекламного агента — только для капиталистического. Переход к коммунистическому обществу, лишенному противоречий частной собственности, сделает ненужными множество профессий, которые сейчас обслуживают, например, исключительно отношения конкуренции или рынков капитала, так как сама эта конкуренция и рынки капитала уйдут в небытие.

Сам переход от одного способа производства к другому связан с спиральным переходом от экстенсивного развития к интенсивному по каждому фактору производства: от человека, природных ресурсов, к орудиям труда, а от них к знаниям и смыслам. Соответственно мы можем произвести разделение труда по отношению именно к этому, ключевому фактору производства.

При этом можно выделить три типа отношений: непосредственное производство этого фактора; накопление, связанное с отчуждением, присвоением — и несущее функцию целеполагания; наконец, связующая функция принуждения, организации и идеологии, которая делает возможным само классовое разделение. Всю историю экономической общественной формации это разделение приводило к созданию классов с противоположными интересами; но при переходе к обществу, основной задачей которого является преумножение знаний и их осмысления, эти края смыкаются, так как накопление знаний с точки зрения человечества происходит наилучшим образом не путем ограничения их распространения (в отличие от накопления труда, природных ресурсов или материальных орудий труда), а, наоборот, путем их наибольшего распространения в обществе.

Таким образом, как я озвучил в предыдущей статье, накопителем знаний и источником целеполагания по его производству, оказывается тот же класс, который его производит — что впервые делает весь институт классового принуждения и защиты классового господства излишним, вместе со всеми относящимися к нему видами деятельности.

Каковой же представляется текущая структура в нашем обществе?

Мы видим, что пролетариат уже начал свое разложение:

• из него выделяет прекариат, который перебивается случайными заработками;
• промышленный пролетариат концентрируется на периферии, получая зарплату по стоимости своего воспроизводства;
• в странах ядра сохраняется преимущественно рабочая аристократия, подкармливаемая господствующим классом из неэквивалетного обмена;
• специалисты, обладающими образованием, умениями и навыками, представляют мостик к когнитариату, так как их основной ценностью и источником дохода являются их когнитивный аппарат, их интеллектуальные способности и освоенные инструменты решения сложных задач.

В образующийся когнитариат, зарабатывающий преимущественно когнитивной деятельностью, помимо последних сейчас можно в какой-то мере включить

• деятелей науки и искусства, живущих на гранты, гонорары или роялти;
• работников умственного труда, фактически — тот же пролетариат, но в области информационного производства;
• инженеров в широком смысле: создателей систем любого масштаба, часто получающих вознаграждение скорее от результатов деятельности этих систем через разные механизмы;
• менеджеров и чиновников как создателей социально-производственных систем;
• политиков — да-да, они тоже выполняют важные когнитарные задачи по организации систем интересов!;
• предпринимателей, представляющих собой мостик к буржуазии, зарабатывающих во многом своей способностью исследовать человеческие потребности и рыночную конъюнктуру;

В буржуазии помимо последних тоже оформляются различные страты:

• биржевые игроки и спекулянты;
• индивидуальные инвесторы, то есть частные лица, владеющие долей в предприятиях через ценные бумаги;
• крупные собственники предприятий;
• владельцы фондов, владеющих предприятиями;
• рантье, получающие пассивную ренту со сдачи в аренду ресурсов, находящихся в их собственности.

Как видим, тут существует большое разнообразие, и внутри самого когнитариата нет ни единства, ни даже однородности. В этих условиях еще нет развитого классового интереса, в который должна воплотиться прямая зависимость успешности труда когнитариата от работы системы общественного производства и распространения знаний, от общественных условий воспроизводства полноценной, всесторонне развитой личности человека, складывающийся из удовлетворения его духовных и социальных потребностей, противоречащих культурно-социальному диктату товарного форм потребления.

Чтобы когнитариат приобрел свою развитую форму, обществу предстоит прийти еще целый ряд трансформаций:

• рутинный, исполнительский умственный труд будет все сильнее автоматизироваться; более того, автоматизация проникнет в сферу производства услуг, где пока сохраняется лакуна повышенной трудоемкости и низкой капиталооснащенности;
• творческий труд будет распадаться на локальный, происходящий из случайности, с которым будут все лучше справляться нейросети и прочие когнитивные инструменты, и всеобщий, результаты которого закрепляются в общественном сознании;
• в каждой из сфер труда фокус будет смещаться от решения конкретных когнитарных задач в сторону решения задачи человеческого понимания, то есть моделирования, сложность которого будет всегда расти, в адаптированных для человеческого потребления усвоения формах;
• в связи с этим все сильнее будет ощущаться важность soft skills, или всесторонне развитой универсальной личности, в противовес hard skills, или специальным навыкам в особых областях — кроме самой области смыслообразования;
• наконец, когнитарный труд должен будет очиститься от идеологической и капиталистической шелухи — деятельности, необходимой только в рамках сохранения господства капитала, то есть от различного вида конкурентных войн (маркетинговых, юридических, патентных, торговых и даже физических), от всей бюрократическо-бухгалтерской нагрузки, связанной с необходимостью поддерживать товарные отношения и работу закона стоимости, от воспроизводства культурной и политической гегемонии буржуазии в форме псевдодемократических суррогатов, от полицейского и военного насилия в области защиты интересов собственников капитала внутри страны — и стран ядра на международной арене.

Что из этого возможно достичь при стихийном развитии, без ясной и продуманной политики перехода к новому способу производства, проводимой занявшей место буржуазной диктатуры политической силой в интересах всего общества, а не узкой прослойки собственников? Сдается мне, очень немногое, да и то — в самых уродливых, опасных для человечества формах.

Пока когнитариат большей частью смотрит в рот буржуазии, которая держит перед его носом морковку, ведя его в сторону самовозрастания капитала: делится с ним присваиваемым продуктом общественного производства. Но часть когнитариата уже смотрит на нее с отвращением и даже ужасом, осознавая, что капиталистические отношения давно мешают ему, заставляя тратить бесценные ресурсы собственной жизни не столько на продуктивный всеобщий труд, сколько на попытки преуспеть в беличьем колесе бесконечного воспроизводства капиталистических классовых отношений в форме частнособственнической конкуренции и отвратительного "потребительского рая" — и попытки их спасти от полного и неизбежного коллапса, и что она давно не способна дать ему того, в чем он по-настоящему нуждается: не квартиру, netflix, две BMW и инвестиционный портфель, а самореализацию в осмысленном неотчужденном общественно-полезном труде по решению проблем человечества и продвижению его в будущее в условиях здоровых социальных отношений, взаимной человеческой заботы, мирной жизни и свободы полноценного всестороннего развития для каждого человека на нашей планете.