Победит ли коммунизм благодаря более высокой эффективности труда?

Источник: vk · livejournal · vk

Победит ли коммунизм благодаря более высокой эффективности труда?

Капитализм предстал перед нами на высокой стадии развития как товарно-рыночное производство на базе наемного труда и накопления капитала в форме частной собственности. Он вверг в нищету огромные массы, захватил ошеломительное богатство, завоевал безграничные пространства и произвел невообразимое товарное изобилие.

Принято считать, что капитализм пришел на смену феодальным отношениям как более прогрессивный строй, обеспечивающий большую эффективность, и потому экономически "победивший" более отсталые отношения. Однако в чём он является более эффективным? Не "почему" — это вопрос отдельный, а именно в чём, и как это проявилось?

Наша первая гипотеза состоит в том, что капитализм обеспечил более эффективное удовлетворение потребностей людей. В долгосрочном периоде это кажется верным, но на этапе своего формирования и распространения капитализм привел не к повышению уровня жизни масс, а, наоборот, к их серьезному ухудшению.

Вторая гипотеза заключается в том, что капитализм расширил возможности накопления богатств. Это тоже нельзя сбрасывать со счетов, однако мы попадаем в ловушку тавтологии: накопление богатств, усилившееся при капитализме, и есть тот эффект, причину которого нам надо объяснить.

Третье предположение состоит в том, что капитализм обеспечивает более высокую производительность труда. Хотя рост производительности труда сложно отрицать, все же капитализм активно использовал и использует все формы низкопроизводительного ручного и даже рабского труда, будь то работники плантаций или перенос промышленности в страны глобального юга с низкой капиталовооруженностью.

Но становится явно теплее. Говоря о масштабах производственной системы, мы оглядываемся и на политэкономов прошлого - Адама Смита, и современности, вроде Григорьева, но смотрим на них через призму метода Маркса, увидевшего клеточкой капитализма товар — носитель общественных отношений обмена, то есть механизма разделения труда.

Капитализм справляется лучше других формаций с извлечением выгоды от расширения масштабов системы разделения труда благодаря своим преимуществам в области вовлечения в товарное производство все более и более широких масс трудящихся, повышая одновременно охват населения и интенсивность его работы. Иначе говоря, он хорош в одном — в принуждении людей к отчужденному труду, к работе на продажу.

Конечно, на самом деле труд при капитализме (как материальная деятельность по преобразованию природы для удовлетворения потребностей) совершается только обществом целиком, а отдельный человек осуществляет лишь продажу своей рабочей силы, и таким образом, он не трудится в полном значении, а всего лишь выступает инструментом в этом труде. Таким образом, мы приходим к пониманию, что капитализм — это система, которая превзошла предыдущие по эффективности употребления человека в качестве инструмента производства. Не природных богатств, не земли, не энергии — а именно самого человека.

Исходя из этого знания было бы крайне странно утверждать, что коммунистические отношения должны быть построены на том, что будут позволять выжимать из человека ещё больше, то есть использовать его как инструмент ещё эффективнее. А ведь именно в этом состоит логика товарного производства: продавая товар на рынке с максимальной прибылью, капиталист обеспечивает превышение тех денег, которые он получает за товар от покупателя, над теми, которые он тратит, то есть выплачивает трудящимся. И это означает, что для приобретения этого товара работнику, не получающему эквивалент своего же труда, нужно отработать больше, чем им затрачено труда на производство этого товара. Чем выше прибыль, то тем больше разница между готовностью людей трудиться ради приобретения товара и фактически необходимым для его производства трудом, то есть тем сильнее эксплуатация труда, тем выше прирост труда, или другими словами — прибавочная стоимость.

Любые средства, направленные на то, чтобы использовать человека более эффективно — через планирование, вовлечение, воспитание или что там еще можно придумать — по сути являются капиталистическими не по содержанию (тут они могут быть анти-капиталистическими), но по своей задаче. И они могут быть приняты на вооружение капиталистическим обществом или его частью, могут послужить созданию товарного изобилия, но они не ведут в сторону коммунизма.

Коммунизм явно не будет построен на употреблении человека как инструмента, соответственно его эффективность будет заключаться совсем в другом и достигаться совсем другими средствами. Возможно ли движение в другую сторону и в чем оно заключается?

Если капитализм абсолютизировал разделение труда и обеспечил тотальность подчинения ему человека, то он сам же и создал средства его преодоления. Коммунизм начнется на пути по направлению в обратную сторону: к превращению человека из рабочей силы, инструмента на продажу, в свободного трудящегося, удовлетворяющего трудом свои потребности. Эффективность коммунизма будет выражаться в его способности высвободить человека из закрепощения в тисках товарного производства, преодолеть отчуждение от труда.

Это значит, что коммунизм станет актуален вместе с достижением такого состояния производительных сил, при котором разделение труда станет атавизмом, а отчуждение от труда и частное присвоение труда человека — препятствием для их дальнейшего развития. Тогда капитализм окончательно из прогрессивного строя превратится в набор архаичных догм, тщетно оберегаемых его упертыми бенефициарами, и падет под натиском новых классовых интересов производительных работников расцветающего и полного сил коммунистического способа производства.

Да, коммунизм победит за счет большей эффективности — но эффективности не в инструментализации человека, а в его освобождении. Ничего общего с экономической эффективностью капитализма тут нет.