Краткое содержание
Статья рассматривает либерализм с марксистских позиций как исторически конкретную идеологию эпохи перехода от феодализма к капитализму. Автор показывает, что либеральные права, свободы и демократия возникли не как вечные ценности, а как политико-культурные формы, необходимые для защиты частной собственности, рынков и накопления капитала. В конце либерализм описывается как меняющаяся форма, которая сама начинает сталкиваться с противоречиями зрелого капитализма.
Ключевые идеи:
либерализм исторически возник как идеология буржуазии в борьбе против феодальных порядков; права, свободы и закон нужны прежде всего для защиты частной собственности и рыночного накопления капитала; политический и культурный либерализм обслуживают экономический либерализм, ограничивая произвол власти; демократия в капитализме понимается как механизм конкуренции элит, а не как подлинная власть народа; развитие капитализма изменяет сам либерализм и порождает новые противоречия между равенством возможностей и частной собственностью
Краткое содержание
Автор размышляет о дилемме революционных реформ: для демократизации нужно взять и удержать власть, но само удержание власти часто подрывает демократическое содержание преобразований. На этом фоне обсуждаются пределы постепенных реформ в авторитарно смещённых режимах и кризис демократических процедур в условиях нарастающих общественных противоречий. Фильм «Civil War (2024)» используется как художественная иллюстрация того, к чему может привести политический кризис, узурпация власти и переход конфликта в форму гражданской войны.
Ключевые идеи:
революционные реформы сталкиваются с противоречием между демократизацией и необходимостью удержания власти; постепенные реформы возможны, но радикальную демократизацию глубоко авторитарного режима ими трудно осуществить; нарастающие капиталистические дисбалансы радикализируют массы и ставят демократические режимы перед выбором между процедурой и содержанием; «Civil War» показывает универсальные формы насилия и адаптации общества к гражданской войне; узурпация власти и кризис политической конкуренции могут вести к насильственному распаду политического порядка
Краткое содержание
Статья разбирает, как в позднем капитализме политика стала все больше работать по логике маркетинга и потребления, превращая избирателя из гражданина в политического потребителя. Через анализ идей из сериала «The Century of the Self» автор показывает, как идеалы самовыражения, идентичности и внутренней аутентичности были подхвачены бизнесом, а затем и политтехнологиями Клинтона и Блэра. В результате политика начала не формировать коллективные цели, а подстраиваться под фрагментированные желания индивидов. Автор также указывает, что попытка лишь «считывать» потребности неизбежно переходит в их активное формирование, что делает вопрос о власти над желаниями центральным.
Ключевые идеи:
идеал самовыражения и поиска подлинного «я» способствовал деполитизации и отказу от коллективной борьбы; бизнес превратил идентичность и ценности в рынок самовыражения через потребление; партии нового типа начали ориентироваться на фокус-группы и swing-voters, подменяя общественную повестку обслуживанием индивидуальных запросов; политика стала агрегатором желаний потребителей, а не пространством гражданского решения общих проблем; технологии маркетинга и соцсетей не только выявляют, но и формируют потребности и политические предпочтения
Краткое содержание
Статья представляет собой критические заметки на книгу Владимира Гельмана об авторитаризме в России. Автор пересказывает ключевой тезис книги о демократии как механизме конкуренции элит, но дополняет его политэкономическим взглядом, связывая становление постсоветской системы с процессами разграбления, рентоориентированностью и экономической децентрализацией конца СССР. В финале он противопоставляет этому советский опыт, ставя вопрос о том, почему в СССР элиты долгое время не могли напрямую конвертировать власть в частные экономические привилегии.
Ключевые идеи:
демократия трактуется как институционализированная конкуренция элит, а не как власть народа; протесты и политические кризисы объясняются прежде всего конфликтами элит, а не самостоятельной ролью масс; распад СССР связывается с экономической децентрализацией и формированием локальных интересов элит; российская политическая система с самого начала складывалась как механизм ренты и разграбления; для России значимы структурные ограничения, требующие централизации власти и сильной роли государства
Краткое содержание
Статья сопоставляет позиции либертарианцев и коммунистов через общий для них вопрос о контроле над собственной жизнью и неприятии монополизации власти. Автор утверждает, что в критике частной собственности как источника реального неравенства прав коммунисты ближе к истине, однако в вопросе политической монополии и риска узурпации власти в условиях полной национализации оказывается прав либертарианский аргумент. Буржуазная демократия трактуется как хрупкий баланс между политической и экономической властью, который исторически ограничен и нестабилен.
Ключевые идеи:
и либертарианцы, и коммунисты исходят из стремления человека вернуть контроль над собственной жизнью; частная собственность создает не формальное равенство возможностей, а реальное неравенство и концентрацию экономической власти; буржуазная демократия держится на конкуренции политической власти с властью капитала; уничтожение автономной экономической власти при социализме облегчает узурпацию политической власти; устойчивость демократии ограничена странами ядра и фазами экономической экспансии
