Автор продолжает развивать концепцию когнитариата как слоя работников, чей труд носит всеобщий, творческий характер и становится главным фактором общественного производства по мере развития науки и производительных сил. Он связывает консолидацию когнитариата с серединой XX века, интерпретирует молодежные движения 1960–1970-х как ранние когнитарные революции и критикует постиндустриализм Белла за недооценку революционного разрыва с капиталистическими институтами. Главная мысль состоит в том, что переход к когнитарному обществу невозможен эволюционно в рамках системы, основанной на отчуждении труда.

Автор полемизирует как с немарксистскими теориями реформ и устойчивого развития, так и с упрощённым марксистским представлением о пролетариате как главном революционном субъекте. Он утверждает, что решающим является не конфликт старых основных классов сам по себе, а появление нового класса, связанного с новыми способами деятельности и воплощающего развивающиеся производительные силы. Именно борьба этого нового класса со старыми социальными отношениями, по мысли автора, ведёт к революционному переустройству общества.

Статья излагает марксистское понимание связи производительных сил, производственных отношений и надстройки, подчеркивая, что социальные институты со временем начинают тормозить развитие общества. Автор критикует реформизм и оппортунизм, утверждая, что на поздней стадии капитализма эволюционные изменения уже недостаточны. Кризис буржуазного общества, по мысли автора, ведет к извращению институтов и создает предпосылки для революционного слома старой системы.

Статья критикует представление о точках бифуркации как о почти неуловимых моментах, на которые можно воздействовать лишь случайным и постоянным «долблением». Автор утверждает, что в социальном развитии такие переломы связаны не с абстрактными силами, а с появлением новых классов и кризисом старых господствующих классов. На примере России XIX века он показывает, как новые производственные отношения порождают новые социальные группы, а реформы оказываются либо способом адаптации системы, либо переходят в фазу реакции и консервации.

Статья утверждает, что капитализм сам по себе не перерастает в коммунизм, а его кризисы лишь создают условия для появления нового способа производства. Автор выделяет три необходимые составляющие такого перехода: когнитарную революцию, свободное производство и децентрализованное просьюмерство. По мысли автора, только их соединение позволяет преодолеть товарность, разделение труда и наемную занятость, тогда как каждая составляющая по отдельности ведет к тупиковым или утопическим моделям.

Автор представляет марксизм как наиболее оптимистическое мировоззрение, поскольку он позволяет понимать социальные и исторические процессы без религиозных иллюзий и фатализма. В статье утверждается, что человеческая природа и общественные пороки не вечны, а капитализм и его кризисы исторически преходящи. Даже современное отступление левых сил автор трактует как фазу нарастания противоречий перед будущими революционными преобразованиями.

Статья посвящена критическому разбору трех узловых проблем марксистской теории, из-за которых она, по мнению автора, остается маргинальной. Автор противопоставляет социализм как переход к коммунизму представлениям об «улучшенном капитализме» и ставит под сомнение актуальность классической формулы «обобществление собственности под диктатурой пролетариата». В центре внимания — вопрос о том, способен ли пролетариат сегодня выступать революционным субъектом и насколько убедительны для современного общества традиционные марксистские лозунги.

Статья обсуждает, есть ли у когнитариата основания для политической борьбы и формирования классового самосознания, исходя из его роли в современном производстве и отношений со средствами производства. Через разбор интервью автор показывает конфликт между творческими, интеллектуальными производителями и бюрократическо-клановыми институтами, подавляющими свободу и прогресс. В качестве символического примера приводится история Аарона Шварца и призыв к борьбе за автономию, доступ к знаниям и контроль над условиями собственного труда.

Статья критикует идеалистические представления о возрождении коммунистической партии через одну лишь волю, сознательность и идеологическую убежденность активистов. Автор утверждает, что революционная политика возможна только при наличии материальных условий, которые сами воспроизводят массовое прогрессивное сознание. В центре внимания — поиск новой стратегии, учитывающей уход эпохи наемного труда и необходимость ориентироваться не на старый пролетариат, а на массы, вытесняемые из него развитием производительных сил.

Статья разбирает закономерность, при которой переживающий себя господствующий класс начинает использовать общественные ценности и идеалы как средство самосохранения, тем самым истощая и дискредитируя их. В результате оппозиция, атакуя старый порядок, вынужденно атакует и связанные с ним символы, что ведет к аномии, тотальному нигилизму и нередко подготавливает почву для реставрации после революции. В качестве примеров автор сопоставляет поздний СССР и позднюю Российскую империю.