Автор предлагает понимать марксизм прежде всего как систему знаний, а не как набор отдельных положений, догм или частных открытий марксистов. Он подчеркивает, что конкретные формулы, определения и гипотезы, созданные Марксом, Сталиным или другими авторами, могут быть неполными или даже ошибочными, не опровергая при этом марксизм как целостную систему. Главный смысл марксизма, по мысли автора, состоит в способности упорядочивать знания, выявлять пробелы в понимании общества и направлять производство нового знания.

Автор рассматривает свободу в марксистской логике не как абстрактное свойство, а через противоположность необходимости: свобода есть то, что не занято необходимостью. На этой основе он критикует либеральные и тавтологические описания свободы, включая тезис о том, что человек якобы рождается свободным. Далее статья переходит к практическому вопросу о возможностях современного человека влиять на политический курс России и утверждает, что эти возможности сегодня во многом больше, чем были у Ленина, благодаря информации, коммуникациям и формальным политическим свободам.

В заключительной лекции автор защищает марксизм как теорию, ориентированную на людей, живущих собственным трудом, а не доходом с капитала. В качестве примера он разбирает банковскую сферу, показывая, что за внешней технической сложностью скрываются вопросы о происхождении банковских денег и прибыли. Автор подчеркивает, что марксистский подход требует рассматривать банки не нейтрально, а через их роль в перераспределении и задержке общественных денежных потоков.

Автор представляет марксизм как наиболее оптимистическое мировоззрение, поскольку он позволяет понимать социальные и исторические процессы без религиозных иллюзий и фатализма. В статье утверждается, что человеческая природа и общественные пороки не вечны, а капитализм и его кризисы исторически преходящи. Даже современное отступление левых сил автор трактует как фазу нарастания противоречий перед будущими революционными преобразованиями.

Статья предлагает ноомарксизм как новое прочтение классического марксизма в условиях современного развития производительных сил, автоматизации и роста роли общественного интеллектуального труда. Автор утверждает, что метод Маркса сохраняет силу, но часть его выводов устарела и вступила в противоречие с современной действительностью. Центральный тезис состоит в том, что общество приближается к формированию ноосферы, где создание информационных моделей и их машинная реализация становятся ключевыми моментами производства.

Статья посвящена критическому разбору трех узловых проблем марксистской теории, из-за которых она, по мнению автора, остается маргинальной. Автор противопоставляет социализм как переход к коммунизму представлениям об «улучшенном капитализме» и ставит под сомнение актуальность классической формулы «обобществление собственности под диктатурой пролетариата». В центре внимания — вопрос о том, способен ли пролетариат сегодня выступать революционным субъектом и насколько убедительны для современного общества традиционные марксистские лозунги.

Статья представляет собой авторское подведение итогов знакомства с мир-системным анализом и попытку определить его отношение к марксизму. Автор разбирает типичные претензии критиков МСА и утверждает, что МСА не подрывает трудовую теорию стоимости, концепции эксплуатации, исторический материализм и классовую борьбу. Наиболее ценным в МСА он считает взгляд на капитализм как на надрыночную систему, использующую монополии, привилегии и неравномерность рыночной среды.

Текст доклада связывает марксов анализ капиталистического общества с развитием системного и кибернетического мышления. Автор проводит линию от Маркса и Дарвина через Богданова к Винеру и Стаффорду Биру, показывая, как возникла универсальная наука о самоорганизации и управлении сложными системами. В центре внимания — модель жизнеспособной системы Бира как инструмент для осмысления общественного управления и социалистического планирования.

Публикация представляет собой краткий ответ автора на вопрос, полученный к предыдущей статье. По доступному фрагменту видно, что это продолжение теоретической дискуссии в рамках марксистского анализа и политэкономической проблематики. Точный предмет ответа в обрезанном тексте не раскрыт, поэтому материал можно описать как уточнение или развитие ранее высказанной позиции.

Статья излагает марксово понимание потребительной стоимости как момента, который хотя и абстрагируется в "Капитале", но возвращается там, где влияет на форму экономических отношений. Автор выделяет два способа ее включения в политэкономию: через особые физические свойства товаров и через природные границы экономических пропорций, задаваемые рабочей силой, жизненными средствами, средствами производства и природными ресурсами. В итоге потребительная стоимость показана как связующее звено между формальными стоимостными отношениями и материально-природным содержанием производства.

Статья обсуждает, нужно ли сохранять само название «марксизм» или можно перевести его идеи на новый язык без привязки к имени Маркса. Автор утверждает, что марксизм нельзя просто разобрать на отдельные дисциплины, потому что он представляет собой целостную деятельностную теорию преобразования общества. В тексте подчеркивается взаимосвязь диалектического и исторического материализма, труда, теории стоимости, классовой борьбы и формационного подхода.

Автор разбирает книгу Вячеслава Волкова о марксизме, отмечая ее сильные стороны в текстологическом и историко-теоретическом анализе, но спорит с рядом выводов о советском проекте и перспективах коммунизма. Центральный тезис заметки — необходимость связать коммунистическую перспективу с развитием цифровых технологий, нейросетей, open source и локального автономного производства. По мысли автора, именно информационная революция и кризис товарного производства создают материальные предпосылки для свободного производства, просьюмерства и новых кооперативных форм.

Статья утверждает, что главная ошибка коммунистов состоит в попытке отменить товарно-денежные формы, не устранив лежащее в их основе разделение труда. Автор трактует товар и деньги у Маркса не как простые формы распределения благ, а как механизмы распределения общественного труда между отраслями и профессиями. Отсюда делается вывод, что коммунизм возможен лишь при преодолении самого разделения труда, а не через административную замену рынка планом.

Статья рассматривает разделение труда как центральную категорию для понимания истории капитализма и социалистических деформаций. Автор связывает с ним возникновение частной собственности, классов, отчуждения, бюрократизации СССР, периферийного положения России и СССР в мировой экономике, а также фрагментацию человека в обществе потребления. Углубление разделения труда, по мысли автора, одновременно порождает кризисы и создает материальные предпосылки для информационной революции и будущего преодоления узкой специализации.

Статья, судя по названию, посвящена понятию морального износа как политэкономической категории, связанной с удешевлением и обесценением средств производства из-за технического прогресса. Вероятно, рассматривается, как обновление техники в капитализме вынуждает капиталистов ускорять замену оборудования и влияет на стоимость товаров. Тема раскрывает противоречие между развитием производительных сил и логикой капиталистического накопления.

Статья подводит итог дискуссии между Самиром Амином, Джованни Арриги, Андре Гундером Франком и Иммануилом Валлерстайном о развитии капиталистической мир-системы и роли антисистемных движений. Амин, Арриги и Валлерстайн трактуют капитализм как исторически специфическую систему, возникшую в XVI веке и вступающую в фазу конечного кризиса, тогда как Франк подчеркивает более долгую непрерывность мировой системы и меньшую значимость структурных разрывов. Также обсуждаются пределы успехов социальных движений и различия в оценке перспектив трансформации мировой системы в XXI веке.